Приветствую Вас, Гость

  Глава 5. Куликово Поле. Часть 1.

  Историческое Куликово Поле находится на южной околице села Перехваль, километрах в трёх от речки Перехвалки (Нижней Непрядвы), на возвышенности с отметкой 199,3 и с координатами центра: 53 градуса 07 минут 25 секунд северной широты и 39 градусов 06 минут 00 секунд восточной долготы (р. 6). Выпуклая площадка представляет собой паханое поле, на котором собирают богатые урожаи зерновых. Рассказы и расспросы о Куликовской битве вызывали недоумение старожилов до момента выхода книги «Каменный Конь на Поле Куликовом» (53). Люди забыли славную историю этого места, а природа по-прежнему дышит древностью, и сохранила все летописные ориентиры, которые потрясающим образом совпадают со сведениями из исторических источников. Судите сами…

  Цитата из Ростовской летописи, скопированная и опубликованная Александром Яковлевичем Артыновым в 19-м веке – это единственный документ, который подробно описывает топографию поля битвы и идеально соответствует сети оврагов и речек, протекающих вокруг перехвальского поля, что даёт полное основание считать эту площадку истинной и писать прямо – без условностей и гипотез. Вот документ, который позволил отыскать настоящее Поле Куликово:

  «Ростовцы стояли крылом своим у большого оврага, идущего к реке Непрядве и селу Рождественскому, потом перешли ручей Верходубье и Липовой, впадающий в Смолку, где и бились с татарами, имея позади себя реку Непрядву и лес. В самой сече бились с татарами у Рыбного оврага, дошли до устья Утиного, впадающего в реку Смолку, дошли, наконец, и до Красного Холма» (54).

  Не пытайтесь искать эти наименования – на современной карте их нет, всё стёрто и забыто, кроме Дона, Мечи и Большого лога, но легко восстанавливается. Взгляните на карту (р. 6): Куликово Поле зажато пальцами гигантской орлиной лапы, которую нарисовала причудливая сеть оврагов и речек, относящаяся к водной системе Смолки (Глинки). Кроме того, лапа, как куполом прикрыта дугой, образованной Большим логом, самой Непрядвой (Перехвалкой) и Доном. Площадка с северной и с восточной сторон ограничена речкой Смолкой, с западной – лесом, росшим у истоков ручьёв на болоте, с южной – каньоном оврага, берега которого тоже покрывал лес. Великое чудо природы, будто специально сотворённое! Знаменательно, что такая же лапа орла служит всем известной символикой и в когтях хранит «Державу».

Два противостоящих пальца этой лапы – два оврага: Градской и Градский – показаны на карте Данковского уезда 1790 года и держат настоящее Куликово Поле, указывая нам линию русского фронта, отлично дополняя Ростовскую летопись (р. 20).

  Оставив мистику, пройдём по полю битвы на юго-восток следом за Ростовской дружиной,  рассмотрим топографию Куликова Поля максимально подробно и вернём исторические имена оврагам и речкам, которые имеются на современной карте и называются совсем по-другому. Стартуем от Большого лога:

  «Потом перешли ручей Верходубье и Липовой, впадающий в реку Смолку, где бились с татарами, имея позади себя реку Непрядву и лес».

  Ручей Верходубье (овраг Градской) берёт начало на западе (ф. 54), недалеко от Перехвальского леса и Большого оврага, проходит на восток с километр и впадает в Липовой с левого берега. Обращаю внимание! Три оврага из серии «Дубик» – тульские аналоги Верходубья, впадают сразу в верхнюю Непрядву, поэтому Ростовскую летопись историческая наука игнорирует.

  Самый большой и единственный овраг, который впадает в Непрядву с этой площадки, толи безымянный в летописи, толи нет, находится с северо-западной стороны от поля битвы, пролегает на север по окраине современного Перехвальского леса. Размеры оврага, поросшего редколесьем, впечатляют, поэтому и в древности и на современной карте получил он имя собственное вполне оправданно – балка Большой Лог. Ну, хоть один из малых ориентиров носит сейчас законное первородное имя! Овраг является указателем места, где стояло село Рождественское: на правом берегу Нижней Непрядвы, у брода через неё. В наше время подходящая площадка представляет собой распаханное поле, а берега речки покрыты редколесьем.

  Дома села Перехваль редко разбросаны километров на пять к западу от устья Перехвалки. Не стану утверждать, что это и есть то самое легендарное Рождественское, но его наследница – определённо. Стоит оно на берегах ветвистого оврага, образующего водную систему речки Глинки (Смолки), а её церковь в явном виде унаследовала престол Рождества Христова от храма летописного села.

  Легко предположить, что задача у Ростовской дружины была двоякая, в зависимости от развития событий. Что стояла она в резерве у Большого оврага, это понятно. От села Рождественского её отделял короткий восточный отрог этого оврага. На древнем броде старой Непрядвы (Перехвалки) сохранился каменный мост. Через него проходила Столповая дорога, на месте которой ныне показан просёлок в сторону Павловки, теперь тоже заброшенный, перерезанный усадьбой сельхозпредприятия. Ростовцы сторожили этот брод. Через него Сабан Кашани или князь Ягайло могли зайти в русский тыл с севера. Засадный полк, стоявший на расстоянии трёх километров к востоку, в случае критической необходимости, мог действовать и в эту сторону. Ростовская дружина и Засадный полк, в первую очередь, охраняли тыл русских позиций, но такая их функция не проявилась, не потребовалась.

  Липовой течет с юга метров шестьсот (ф. 47) до слияния с Верходубьем, после чего совместное русло пролегает к востоку. Исток Смолки найти не удалось – в этом месте находится центр села. Она образуется от слияния Верходубья и Липового, двух ручьёв – такое в практике бывает. Непрядва (Перехвалка), как и положено, находится на севере, а сплошного леса перед ней уже нет (ф. 52, 86). Тульский аналог Липового ручья отсутствует.

Вид на Перехвалку (старую, забытую нижнюю Непрядву) в наши дни. Современная дорога ведёт к Данкову.

  «В самой сече бились с татарами у Рыбного оврага», который имеет длину более двух километров. Он начинается с юга, на самом поле битвы, делит её северную зону на две части и половину пути идёт на север, а потом поворачивает на северо-восток и впадает в Смолку в километре от устья Липового ручья. Обратите внимание, Липовой и Верходубье питались в заболоченном лесу, поэтому были ручьями, а Рыбный – на открытом поле, на поле битвы – это овраг без водного потока. Тульский аналог – Рыбий верх, впадает в Непрядву, поэтому…

Русло Утиного (Градского) оврага.

  «Дошли до устья Утиного, впадающего в реку Смолку». Утиный (Градский) овраг представляет собой пологую лощину, протянувшуюся перед русским фронтом, потом резко обрывается в каньон с отвесными стенами и имеет высокие крутые берега с несколькими отрогами (ф. 46). Он к нашему времени мало изменил свой характер и немного подрос. В древности его каньонная часть тянулась километра на два. Это заметно по профилю русла, самому широкому с древности. В наше время длина Утиного оврага составляет около четырёх километров, включая пологую часть. Течёт он на северо-восток, и впадает в Смолку с правого берега в полутора километрах от её донского устья. Утиный овраг и нижняя часть Смолки пролегают по прямой линии, прикрывая с юга и с юго-востока позиции, как основных сил, так и Засадного полка (ф. 46, 63). Все эти речки и ручьи пересохли, а Нижняя Непрядва еле струится. Тульский аналог Утиного отсутствует.

  Манёвр ростовцев в ходе битвы понятен. Они двинулись от Большого оврага и «в самой сече» у Рыбного противостояли татарской коннице, которая просочилась сквозь Утиный, обошла русские полки с тыла и смяла левый фланг. Овраг сыграл роль рубежа обороны, на котором удалось остановить противника и спасло армию от полного окружения и разгрома. «Дошли до устья Утиного», когда вместе с Засадным полком рубили эту конницу, которая оказалась в ловушке. Ростовская дружина действовала сзади позиций Большого полка, когда основные резервы исчерпались.

  Подчеркну ещё раз: Ростовская летопись даёт полную картину Поля Куликова, точно совпадающую с его топографией, которая идеально ложится на площадку в селе Перехваль и восстанавливает исторические названия оврагов, ручьёв и речек. Случайными такие совпадения не бывают! Знание рельефа местности, позволяет понять ход самого сражения и логику действий командиров полков, как русских, так и татарских. Понять с абсолютной точностью!

  Тем не менее, Ростовская летопись в изложении краеведа Артынова, как и булгарские летописи, попала в неформат. Её тоже объявили фальшивкой! Зря не сказали, что он сам вырыл все овраги! Чтобы сочинить фальшивку, сначала нужно подобрать для неё площадку. Только вот, перехвальскую площадку, изрезанную оврагами, до сего момента никто не смог найти, а Артынов всего лишь аккуратно процитировал летопись, которая до нашего времени не сохранилась. Её никто не прикладывал к истинному Куликову Полю с момента написания! Складывается впечатление, что кто-то специально уничтожил все оригиналы древних документов. А по отношению к верхней Непрядве абсолютно все исторические первоисточники – фальшивки, новоделы и неформат!

  В наше время кажется странным, что уцелели два леса, которые непосредственно связаны с Куликовым Полем: Зелёная Дубрава и Перехвальский лес. Эти остатки древнейшего Романцовского леса, известного из межевых документов начала 17-го века, пощадила живучая народная память. В 2000-м году граница Перехвальского леса показана на карте значительно восточней, а в 1790-м – существовала роща в зоне Градского (Утиного) оврага, от среднего течения до верховья. В реальности, сплошной массив растёт теперь только по Большому логу, и к западу от него. С ним соприкасался правый русский фланг, а севернее, на его же опушке, стояла Ростовская дружина (ф. 54).

  Перехвальское поле (забытое Куликово Поле) в наши дни. Одинокий дуб в центре остался от древнего леса, у которого стоял правый русский фланг.

На прежнем месте остался гигантский дуб, который одиноко стоит среди поля. Каков его возраст? Может ли он быть свидетелем Куликовской битвы? Местность в зоне Верходубья ровная, в древности сильно заболоченная. Не зря булгарские летописцы утверждали, что Дмитрий Донской скрывался на севере за болотом. Из этого болота берут начало ручьи и овраги Верходубье, Липовой, Утиный, Большой. Покажется мелочью, однако этот дуб растёт рядом с Верходубьем, а липа, в которую вросли наконечники сулиц – рядом с Липовым, оправдывая характеристики древних названий (подробнее смотрите в главе «Оружие…). За лесом к западу находилась точка пересечения двух крупных дорог. Для защиты флангов от конницы противника, в лесах устроили завалы из деревьев – засеки.

Куликово Поле. Столповая дорога. Вид от центра на север.

  А что же с тыла? С тыла, на расстоянии четырёх километров параллельно Утиному оврагу протекает речка Непрядва (Перехвалка), берега которой высоки, а местами отвесны. Речку трудно преодолеть даже пешком. Но Большой овраг, Непрядва и Дон – это второй гигантский природный ров, прикрывавший позиции с тыла, а первый – это овраги и речки, перечисленные в Ростовской летописи, составляющие водную систему Смолки, словно копирующие второй рубеж с отступом менее километра. Вся зона Куликова Поля, будто специально разлинована на сектора военным фортификатором, устроившим два рубежа прикрытия тыла, между которыми на лесистой полосе стояли резервно-засадные полки, и проходила дорога на случай их маневрирования.

  При выборе площадки стояла задача: оградить позиции с флангов и с тыла от атак конницы. Татары осыпали противника градом стрел, устраивая многоколёсную конную карусель вокруг него, что было обычным приёмом во всех сражениях на открытой местности. Всадники каждого колеса быстро скакали по кругу. Те, что сближались с противником, вели стрельбу, а другие возвращались назад и готовились к новому раунду. Численное превосходство в те века всегда было на их стороне.

  Площадка хорошо защищена с трёх сторон. Войска стояли в настоящей крепости, созданной природой. Конница имела возможность атаковать русские позиции только по фронту, атаковать в лоб на великие луки и тяжёлые арбалеты пехотинцев, пробивавшие доспехи с расстояния до нескольких сотен метров. При таком раскладе роль знаменитой татарской конницы становилась бесполезной и даже отрицательной.

  Осталось посмотреть от русского фронта вперёд на юго-запад. В летописи речь идёт о «поле вёрст на десять» в направлении на Мечу, значит, в древности здесь была большая поляна. В межевых документах начала 17 века в этом месте отмечена Гусева Поляна у речки Ракитянки в Романцовском лесу. На ней сосредоточилась армия Мамая.

 Лощина Утиного (Градского) оврага, разделявшая позиции противников. На линии горизонта в центре видна верхушка дерева - примерное место шатра Мамая.

  Перед русским фронтом местность слабо понижается к лощине, а потом плавно идёт на подъём к отметке высоты 209,9 метра, выступающей на расстоянии около 4 км от вершины возвышенности 199,3, на которой произошло главное сражение. Фронт выглядит открытым, защищённым лишь топкой низиной Утиного оврага (ф. 60), которая продолжается каньоном с крутыми и отвесными берегами. На карте Данковского уезда 1790 года показаны сразу два «градских» оврага: первый – бывший Утиный, а второй – на месте ручья Верходубье (р. 20). Оба оврага ограждали русские фланги, их роль хранилась в народной памяти и была проявлена при первой возможности. Они, будто кронциркулем, с абсолютной точностью указывают нам максимальную ширину створа и направление линии русского фронта. По понятной причине Смолку и Славную реку показать не получилось, а «градские» овраги были как бы ни при чём. На картах, изданных в 1983 и в 2012 годах, огромная масса названий получила другие наименования, произвольно записанные, не всегда правильные, или поменялась местами. Практика путать названия продолжается, и разобраться в этом бывает не просто. Современные картографы поменяли местами Глинку и Градский (Утиный) овраг! Трудно понять, с какой целью? Правильное место Градского оврага вам покажет любой житель Перехвали. Надо иметь в виду, что овраги немного «подросли» за прошедшие столетия. Показательно, Столповая дорога выгнулась дугой к западу. Если на карте её условно выпрямить, то получим верхушку Утиного в тысячелетней древности. Во второй половине 20-го века перед его размывом соорудили защитную дамбу, которая преградила прямой путь водному потоку, а на берегах появились лесопосадки.

  Все овраги и реки региона промыты во время последнего всемирного оледенения. Только бурные потоки тающего ледника смогли пробить русла в каменных холмах, прикрытых слоем глины. В последние тысячелетия весь регион  покрывали леса, поэтому овраги прирастали мало, только от полых вод.

 Фото 61. Историческое Куликово Поле. Вид от центра на юго-запад. Столповая дорога.

  Площадка, выбранная русскими полководцами, крайне неудобна для татар (ф. 61, 75). Но им ничего не оставалось, как сражаться на этой диспозиции. Если бы Мамай не атаковал русский фронт 8 числа, то через сутки или двое битва состоялась на Красном Холме, а её участниками стали все семь армий. В случае атаки Бахта-Мохаммеда на Красный Холм с юга, русская пехота, стоявшая в полном боевом строе, могла часа за два пройти «открытое и обширное поле вёрст на десять», перейти Мечу через мелкий Дрысинский брод и атаковать с севера. Такие варианты не устраивали Мамая, потому что он попадал между двух жерновов – равных по численности армий противника. В такой ситуации полководец сделал правильный тактический выбор: сначала разбить русских, казавшихся лёгкой добычей, а потом уже противостоять Бахта. Начиная атаку, он учитывал, что Багун с вечера стоит у Гусина брода на такой же дистанции, как он, а Ягайло и Олег могли подойти в любой момент. Мамай рассчитал и взвесил всю ситуацию, но не знал о сюрпризе, который приготовили хитрые русские командиры.

  Позиция выбрана отлично! Она отражала сложившуюся тактическую и стратегическую обстановки, учитывала численное преимущество противника и его превосходство в коннице. После нескольких безуспешных лобовых атак, перед фронтом возник завал из тел коней и всадников. Не помог и таранный удар тяжёлой генуэзской пехоты по центру. Полки смогли сомкнуть ряды. Это вынудило Мамая искать обходные пути. Он нашёл этот путь, который обернулся коварной ловушкой!

  Боброк Волынский имел богатый боевой опыт, как победитель в Вожской битве 1378 года пользовался неограниченным доверием. Летописец особо отметил этот важный факт:

  «Некий воевода пришёл с литовскими князьями, именем Дмитрий Боброк, родом из Волынской земли, который знатным был полководцем; хорошо он расставил полки, по достоинству, как и где кому подобает стоять» (55).

  Войска поставили фронтом на юго-запад между лесами, росшими на берегах Утиного оврага и ручья Верходубье. Перекрыли вход на площадку по Столповой дороге. Противника ждали с Красного Холма от Красивой Мечи. Фактические размеры русской диспозиции можно вычислить только по результатам исследований братской могилы. Известно, что в главной битве пало более половины русских дружинников. Рельеф и логика подсказывают, ширина фронта могла составить от шестисот до восьмисот метров. Сзади позиций Резервного полка находилась водная система речки Смолки (Глинки). Через километр от её русла протекала Непрядва. Все ключевые места Куликова Поля просматриваются перекрёстно с холмов (р. 6). Обзор необходим командирам для оценки ситуации в критический момент. Тем более что князь Дмитрий, командующий, выбыл в разгар сражения по причине болезни сердца, а самоуправляющийся механизм хода, запущенный им, великолепно работал до конца. Дмитрий Иванович специально переоделся в форму простого ратника и стал в общий строй, чтобы воины не смущались, и не отвлекались на его охрану. «Каждый солдат должен понимать свой манёвр» – позднее писал Суворов. Опытные воеводы сами принимали решения, когда и куда двинуть резерв, ввести в дело Засадный полк – все варианты развития событий согласовали заранее. Задача одна – стоять насмерть до подхода армии Тохтамыша, отступать не было возможности. Этому препятствовали овраги и речки с отвесными стенами, окружавшие русские позиции.

  По мнению некоторых авторов, противник запоздал с началом атаки из-за туманного утра. Вот только следует ли 10-30 считать опозданием? Рассчитывать надо по скорости движения татарской пехоты. Часть времени ушла на форсирование Мечи, потом ещё около трёх часов, чтобы преодолеть расстояние до 15 км. При такой отличной дорожной сети, знакомой местности, короткой дистанции – туман не помеха.

  Общая численность русско-литовских войск достигала 40 тысяч. Обоих частей ордынских войск – 70 тысяч. В битве на Куликовом Поле могло участвовать до 60 тысяч ордынских воинов. Надо иметь в виду, что некоторую часть Мамай оставил для прикрытия тыла и обоза, потому что армия Бахта угрожала с юга. Мнение историков, называющих эти цифры, мне кажется правильным.

  К востоку от поля битвы Дон и Смолка (Глинка) протекают параллельно, а расстояние между их руслами более километра. Это пространство занимает холм с отметкой высоты 180,6, длиной более трёх километров, с остатками легендарной Зелёной Дубравы, в которой маскировался Засадный полк. Поле битвы имеет наклон в его сторону. Холм на виде сверху или на карте местности имеет форму овала, вытянутого на юго-восток, и плавно понижается к Романцовскому броду. Его южная сторона нависает неприступной каменной скалой над устьем Утиного оврага (ф. 63).

Устье Градского (Утиного) оврага. Крутой склон холма с Зелёной Дубравой за Смолкой (Глинкой).

  Всё в строгом соответствии с летописями:

  «И отослал князь великий брата своего, князя Владимира Андреевича, вверх по Дону в дубраву, чтобы там затаился полк его. А ещё с ним отправил знаменитого своего воеводу Дмитрия Волынского и многих других» (56).

  Получается – в дубраву на левом фланге. «Вверх по Дону» надо понимать, как в верхний сектор, прилегающий к полю битвы, который здесь в точности был у Дона. Холм стоит в устье Непрядвы.

  Отлогие спуски к речке Смолке (Глинке) имеются на обоих её берегах напротив друг друга и расположены в центральной части холма. Только в этом месте удобно спуститься к речке, подняться и сконцентрироваться на площадке правого берега, развернуться в боевой фронт, что делало атаку лавинообразной и мощной. В этом месте с левого берега в речку впадает короткий овражек. Его правый берег специально срыли накануне, чтобы расширить проход на спуске. Этот откоп отчётливо виден (ф. 59).

Место перехода армии и Засадного полка через Смолку. В центре фото видна площадка откопа, а за Смолкой и лесополосой Куликово Поле.

  Хорошо описано, как Боброк выбирал момент атаки. Однако повисает недоумение: зачем дозволять татарам громить пехоту до истребления? Можно заняться анализом, и отыскать несколько причин задержки атаки. Пора объяснить, что Утиный (Градский) овраг, прикрывавший левый фланг, не является абсолютным препятствием. Мне удалось найти в его крытых берегах три участка с относительно пологими спусками и подъёмами, которые конник аккуратно и неспешно мог преодолеть, не слезая с седла. В ходе самого сражения татарская конница постепенно просочилась сквозь лес, покрывавший овраг, преодолела засеки, обошла левый фланг со стороны солнца, и уничтожила его. Полагаю, так долго ждали выхода из леса всего татарского отряда, дали ему втянуться в сражение. Раньше атаковать не имело смысла – разрежешь лавину пополам и подставишь свою спину арьергарду. У Боброка была возможность скрытно перейти Смолку. Место перехода не видно с поля сражения за выпуклой формой возвышенности. Татары, обходившие левый фланг, не обнаружили никого перед речкой, а за ней проверять не стали. Даже в наше время берега покрывает редколесье. Отпечатки следов русских воинов и коней, проследовавших через узкий проход накануне, указывали только в сторону поля сражения. В этот решающий момент расстояние до противника составляло несколько сотен метров – поэтому удар получился столь внезапным. Для перехода и построения конницы в боевой атакующий фронт нужно время – и в этом может заключаться одна из причин задержки с атакой. А вернее всего, воеводы ждали Багуна со стороны Романцовского брода вплоть до самого критического момента. 

Последняя правка в феврале 2017 года. Продолжение на странице "Куликово Поле. Часть 2" выбирается в меню сайта в разделе "Свет забытой Непрядвы".

Николай СКУРАТОВ.

© kamenny-con